Presumptio innocentiae
К предыдущему.
Чтобы проговорить то же самое другими словами, стоит сформулировать, почему в церковном праве при обвинениях в ересях, расколах и самочинных сборищах действует презумпция невиновности, а не презумпция вины.
В гос.праве оба принципа, хотя и действуют (в уголовном праве – невиновности, а гражданском праве - вины), но имеют иной смысл.
В гражданском праве, если кто-то мне, скажем, должен денег и не отдает, то об обеспечении доказательств должен был позаботиться я сам и заранее, поскольку с данным лицом я вступал в соглашение со своего полного согласия и перед тем хорошенько подумав, стоит ли с ним вообще иметь дело.
В уголовном праве, если кто-то у меня, скажем, те же самые деньги украл, то это событие произошло внезапно и против моей воли, в связи с чем обеспечить какие-либо доказательства данного события для меня было невозможно, почему от обеспечения данных доказательств я и освобожден.

Но в церковном праве я освобожден от представления доказательств того, что я не раскольник, совсем не по причинам, аналогичным уголовно-процессуальным, а в связи с тем, что раскольник от нераскольника не отличается видимым и очевидным образом.
Вор отличается от обворованного – путем, скажем, обнаружения украденной вещи. Убийца от убитого тоже отличается понятно чем. А раскольник от «нераскольника» - только отсутствием или наличием Тела Христова. Обнаружить видимым и очевидным образом Тело Христово, проверить Его, и показать, что здесь оно есть, а там его нет – невозможно.